Николай Бондаренко - В воздухе - испытатели

- Справится! - коротко ответил Беляков.

- Хорошо, - сказал Алкснис, - раз летчики просят, пусть Перевалов летит!

Когда строй был распущен, Перевалов подошел к Залевскому и, намекая на его тренировку под колпаком, спросил шутя:

- Ну что, товарищ комбриг, кого летчики берут, а кого не берут?

- Ладно тебе... - улыбнулся в ответ Залевский.

Адам Иосифович Залевский был талантливым летчиком-испытателем. Был он и по-настоящему отличным человеком. Как и все, Залевский трудился на строительстве полотна железной дороги, связывающей городок испытателей со станцией районного центра. Трудился на строительстве стадиона, при посадках деревьев, которые теперь в память о нем шумят на ветру своей листвой...

Комбриг Залевский - это волевой командир. Его любили, его побаивались... Безжалостно требовательный к себе, Залевский строго относился и к подчиненным. И тем не менее все шли к нему с радостями и горестями, звали "нашим Батей".

В тот день, когда возвращались домой с аэродрома, Адам Иосифович с гордостью сказал Перевалову:

- Вот мы и полетим в Европу... Полетим, Перевалов, показать, на что способен народ, сбросивший иго капитала!..

Вскоре экипажи облетали свои корабли и стали готовиться к перелету по первому маршруту Москва - Варшава. Всем было пошито новое из добротного отечественного материала повседневное обмундирование. В него входили: саржевая гимнастерка, синее галифе, хромовые сапоги, фуражка с черным околышем и красной звездой, коричневые замшевые перчатки. Было также всем выдано и новое выходное обмундирование: темно-синий френч под галстук, брюки навыпуск, белая рубашка, туфли, пилотка. Каждый из идущих в перелет получил еще прорезиненный коверкотовый плащ, штатский костюм и солидного вида фибровый чемодан.

28 июля 1934 года на Центральном аэродроме столицы собралось много народу. В этот день посланцы страны Советов во главе с начальником штаба ВВС Межениновым и заместителем начальника ВВС Хрипиным отбывали за границу.

И вот в десять часов утра Георгий Филиппович Байдуков повел корабль на взлет. Следом за ним повели на взлет свои корабли и Ефимов с Леоновым.

И взлетающие наши красавцы, и гул их двенадцати моторов - все отечественное - еще раз подтверждали, что есть в мире авиационная держава Советский Союз, раскрепощенная Октябрем страна, твердо стоящая на ногах коллективизации и индустриализации, сумеющая в случае чего всегда постоять за себя!

Эскадрилья шла в строю "клин" над Москвой. Тысячи москвичей, подняв кверху головы, с гордостью провожали ее, желая мысленно экипажам удачи.

Выйдя на исходный пункт маршрута и став на курс, корабли поплыли в сплошной облачности в четырехстах метрах от земли. Но через некоторое время облачность кончалась и в иллюминаторы хорошо были видны уходящие к горизонту лесные массивы, луга и поля, на которых трудились, убирая спелые хлеба, колхозники. Это были русская и белорусская земли, сродненные вековой борьбой с завоевателями.

Георгий Филиппович Байдуков и Александр Васильевич Беляков шли точно по проложенному на картах маршруту. Ведомые ими экипажи вели также общую и детальную ориентировку - в случае чего они в любую минуту могли самостоятельно выполнять задание.

Все дальше и дальше уплывала на восток родная земля. Самолеты АНТ-6 три островка Родины, с населением, имя которому экипаж, летели уже над панской Польшей.

- Как далеко шагнули мы в будущее! - торжественно произнес Петр Иванович Перевалов, глядя на испещренную, словно в калейдоскопе, квадратиками хуторских, единоличных наделов польскую землю.

- Да, тоска тут какая-то... - отозвался второй пилот Блинов.

- Другой мир! Счастливые мы все же. - Не отрывая взгляда от корабля Байдукова, заключил Леонов.

* * *

Через восемь часов сорок минут после взлета АНТ-6 приземлились на аэродроме под Варшавой и легко подрулили к ангарам. Делегация и экипажи спустились по трапам на землю. Экипажи выстроились перед самолетами. К ним с приветствием обратился Главнокомандующий ВВС Польши. Затем выступил начальник штаба ВВС Меженинов.

Я не буду писать о следовании делегации и экипажей в отведенные им резиденции, о всевозможных приемах, об осмотре нашими летчиками достопримечательностей Варшавы. Это не относится к теме моей книги. И вообще, рассказав об этом перелете, я хотел тем самым подчеркнуть, что в довоенные и послевоенные годы, когда требовалось нанести визиты в зарубежные страны, лететь на рекорд в стратосферу и на высадку экспедиции на Северном полюсе, лететь над просторами Северного Ледовитого океана из одного края необъятной Родины в другой ее край, штурмовать небо Арктики, решать многие, многие другие, поставленные правительством задачи, то делали это в основном либо наши люди - испытатели, либо наши воспитанники. И всегда они с честью выполняли все задания партии и правительства!

После Варшавы в августе 1934 года наши экипажи прилетели в Париж, где так же с гордостью, как и полякам, показывали свои АНТ-6.

Георгий Филиппович Байдуков выполнил даже несколько показательных полетов, о которых примерно так писали парижские газеты: "...Говорят, что у русских нет своей авиации, нет летчиков, что и прилетели-то они к нам с немецкими инструкторами. Но посмотрите, разве это правда! Все теперь у русских есть! На огромном современном самолете-гиганте прекрасный русский летчик летает над Парижем, имея на борту французских старших офицеров, с французским министром авиации в качестве второго пилота. Причем взлет и посадку он производит по малому неудобному старту, с боковым опасным ветром..."

...17 августа 1934 года наши самолеты, ведомые нашими экипажами, оторвались от чужой земли и взяли курс к границам Родины. Через девять часов беспосадочного перелета они приземлились на Центральном аэродроме в Москве.

Петр Иванович Перевалов продолжительное время работал вместе с замечательными испытателями: А. И. Залевским, Г. Ф. Байдуковым, В. К. Коккинаки, А. В. Беляковым, В. П. Чкаловым, А. И. Кабановым, П. М. Стефановским, М. X. Гордиенко, М. А. Нюхтиковым, С. П, Супруном, В. А. Степанченком, Г. Я. Бахчиванджи, В. И. Ждановым, Ф. Ф. Опадчим и многими другими. Но особенно близко, если так можно выразиться, он работал с генералом Кабановым.

Александр Иванович Кабанов был незаурядным летчиком. Смелым, решительным, выносливым. Он много летал и прыгал с парашютом.

Прибыл Александр Иванович к испытателям в 1934 году с Дальнего Востока, где участвовал в боях на КВЖД.

Вначале Кабанов служил в парашютном отделе, а затем, когда была создана эскадрилья учебно-боевой подготовки, стал ее командиром.

В начале второй половины тридцатых годов советские авиаконструкторы начали создавать скоростные и высотные самолеты-бомбардировщики: СБ, СБ-бис, АР-2, ДБ-3, ДБ-ЗФ... Позже, перед самой войной, пошли Ер-2, ББ-22, Як-4, Пе-2. Эти самолеты нужно было испытывать и летать на них в еще никем не изведанное - на большие высоты.